В первые годы двадцатого столетия Роберт Грейниер, человек, чьими инструментами были топор и костыльный молоток, надолго покидал свой дом. Его работа уводила его в глухие леса и на раскаленные солнцем насыпи новых железнодорожных путей. Он рубил вековые сосны, вколачивал шпалы в упругую землю, возводил опоры для мостов через бурливые реки. Перед его глазами проходила не просто стройка — менялся сам облик страны, ее просторы стягивались стальными нитями рельсов. Но Роберт видел и другую сторону этих перемен: изнурительный труд, пот и кровь таких же, как он, рабочих, приехавших сюда за лучшей долей и плативших за нее высокую цену каждый день.